Фанфик «Кто не ревнует, тот не умеет любить». Часть 7: Фейерверк. Автор Violetta. R

Торжество продолжалось до глубокой ночи, начались танцы. Анжелика твердо решила, что ни Жоффрею, ни Сабине не удастся выбить ее из колеи, и она будет блистать на этом приеме, как и полагается хозяйке праздника. И тем ярче, чем тяжелее было у нее на душе. От кавалеров не было отбоя – каждый мужчина в зале желал засвидетельствовать ей свое почтение, выразить восхищение ее красотой и грацией, закружить в пьянящем водовороте танца. Анжелика не отказывала никому – она с увлечением протанцевала павану, затем менуэт и, наконец, лихую сарабанду. В своем роскошном красном платье, с ослепительной улыбкой на губах, купающаяся в восторженных или же завистливых взглядах, молодая женщина чувствовала, что мало-помалу к ней возвращается ее обычная жизнерадостность и уверенность в себе.

Анжелика танцевала легко, разглядывая окружающих. Чьи-то руки касались ее, но она, казалось, не замечала партнеров по танцу, их лица сменялись, словно в калейдоскопе. Тем не менее она сразу же почувствовала прикосновение рук мужа. Их взгляды встретились, и Анжелика поспешно опустила глаза.

— Вы еще сердитесь? — прошептал он. — Давайте же наконец помиримся, любовь моя.

— Вы считаете, что сейчас подходящее время? – она с иронией посмотрела на Жоффрея.

— Как вы упрямы, – покачал он головой.

Неожиданно в небе над верхушками деревьев вспыхнуло множество огоньков, и танцевальная зала озарилась разноцветными сполохами.

— Начался салют, — произнесла Анжелика и, высвободившись из объятий мужа, направилась к ближайшему окну.

Красота освещенного фейерверком пейзажа, мягкий свет луны, накрывающий мерцающим полупрозрачным покрывалом долину Абрахама, создавали незабываемое зрелище.

Среди фонтанов разноцветных огней была видна высокая фигура Флоримона, так похожая на фигуру его отца. Какой же у нее замечательный мальчик, с гордостью подумала Анжелика, какое чудесное развлечение он организовал!

Анжелика вспомнила приемы в Версале, и как Сент-Эньян, руководивший королевскими празднествами в парке, часто прибегал к услугам маленького пажа.

Версаль… Как далек и призрачен он был еще вчера, а сегодня, после письма короля, вдруг стал вполне осязаемым, и предстал перед мысленным взором Анжелики во всем своем великолепии. Как и его хозяин – великий король, который мог одним росчерком пера, одним словом ввергнуть своего подданного в ад, или же вознести на небеса. Самой большой его страстью было править страной. И он правил. И устранял всех неугодных со своего пути – могущественного графа Тулузского, его супругу, Анжелику де Пейрак… А потом, если желал, милостиво даровал прощение и снова осыпал почестями… В нем чувствовалась сила и непоколебимость. Версаль научил его не быть слабым и нежным ни при каких обстоятельствах. И он продолжал оставаться опасным противником, даже выказывая свое расположение. Анжелика не верила в то, что его Величество Людовик так легко простил их. Король был прекрасным актером и никогда не снимал маску. Возможно, он приготовил им с Жоффреем ловушку, и едва они сойдут на берег во Франции…

Тут сквозь шум фейерверка до нее донесся яростный возглас, и она узнала голос Николя де Барданя:

— Да плевать мне на это!

Анжелика давно уже слышала, что неподалеку от нее двое мужчин ведут между собой диалог на повышенных тонах, но, занятая собственными мыслями, не обращала ни них внимания.

Оглянувшись, она увидела и его собеседника – господина де ла Вандри, королевского чиновника, атташе господина Кольбера, прибывшего вчера из Франции. Он производил впечатление человека, только что покинувшего Версаль, более того, вышедшего из кабинета короля. Он нес на себе отпечаток королевской персоны, королевского доверия. Это был красивый мужчина, величественный, с прямой осанкой. Ему было к лицу высокомерие придворного.

Он разговаривал с Барданем полупренебрежительным, полусочувственным тоном, как говорят с теми, кто лишился власти. Неудивительно, что тот взорвался.

Анжелику возмутило такое обращение с достойным и заслуживающим уважения королевским посланником, и она направилась к мужчинам с намерением прекратить этот разговор.

— Вряд ли стоит так пренебрегать добротой Его Величества, – лениво выговаривал Николя господин де ла Вандри. – Ведь вы могли бы вернуться во Францию в трюме и в кандалах. Знайте, что я получил приказ собирать сведения о ваших поступках как королевского посланника в Новой Франции. Я могу облегчить или утяжелить ваше досье. Не успел я высадиться в Квебеке, как мне уже доложили, что вы постоянно посещали, днем и ночью, дом, пользующийся дурной славой.

— Дурной славой? — Бардань был ошеломлен.

— «Корабль Франции».

— Но позвольте, — воскликнул Бардань, — я ходил туда потому, что там я встречался с друзьями.

— Прекрасно! Вы сами в этом признались, я вас не заставлял, — насмехался чиновник.

Незаметно подошедшая к ним Анжелика слегка коснулась веером его плеча.

– Прошу прощения, господа, что вмешиваюсь в ваш разговор.

Господин де ла Вандри склонился перед ней в изысканном светском поклоне. Он начал было расточать ей комплименты, но она прервала его.

— Меня поражает ваше поведение, месье, – холодно сказала Анжелика. – У вас нет ни осторожности, ни такта, вы забыли, что пересекли океан и теперь находитесь далеко от ваших покровителей. И я сомневаюсь в том, что у вас есть документы, обеспечивающие вам беспрепятственный прием у самых влиятельных фигур этой страны, – мужчина слегка покраснел, и она поняла, что попала в точку. – Я лично знакома с господином Кольбером и при встрече с ним не премину поведать ему о вашем неуважении к мессиру де Барданю и о превышении ваших полномочий.

– Его отстранили от его обязанностей…

– Разве после этого он перестал быть дворянином? – Анжелика смерила господина де ла Вандри презрительным взглядом.

– Н-н-нет…

– Тогда я настаиваю, чтобы вы принесли ему извинения. И немедленно!

– Конечно, госпожа де Пейрак. Прошу простить мне мой тон, граф.

Бардань неопределенно мотнул головой, не говоря ни да, ни нет.

– Как вижу, инцидент исчерпан, – удовлетворенно заключила Анжелика и взяла Николя под руку. – Вы не сопроводите меня на балкон, месье? – обратилась она к нему с очаровательной улыбкой. – Здесь ужасно шумно!

– Конечно, мадам.

Господин де ла Вандри проводил их растерянным взглядом и украдкой смахнул выступившую на лбу испарину. Черт возьми, он и не ожидал, что граф и графиня де Пейрак покровительствуют бывшему королевскому посланнику. Он знал расстановку сил в городе, знал, какими почестями осыпал эту чету король, и теперь гадал, чем для него обернется его неосторожная беседа. А при мысли о том, что мадам де Пейрак исполнит свою угрозу и переговорит-таки о нем с господином Кольбером, его и вовсе бросило в холодный пот. На чем свет кляня свой длинный язык, он поспешил ретироваться с приема.

***

Постепенно Николя пришел в себя.

– Не стоит обращать внимание на этого выскочку и позера, – мягко убеждала его Анжелика. – Он не в силах причинить вам вред. А король так далеко…

– Ах, если бы… – вздохнул Бардань. – Я все думаю, удастся ли мне избежать Бастилии? Во всей этой истории, из которой вам с господином де Пейраком удалось выйти победителями, лишь я останусь посмешищем, которого обвели вокруг пальца, выставив напоказ его некомпетентность. При встрече с королем мне остается лишь склонить голову и принять на себя весь королевский сарказм. По части бичевания нашему государю нет равных.

Глаза Анжелики весело сверкнули.

— Хорошо! Но чтобы поддержать вас в столь трудный момент вашей жизни, я хочу напомнить вам об одном из ваших преимуществ перед ним. Несмотря на его язвительность и пренебрежение к вам, Никола, помните, что король лелеял ту же мечту, что и вы, но в этом случае вы выиграли, вы получили то, что не досталось ему…

— Для меня это будет огромным утешением, — сказал Бардань.

Он поднял голову, и во взгляде его мелькнуло обожание.

— Быть может, как король, он будет внушать мне величественное поклонение, но как мужчина — только жалость.

— Вот это прекрасная мысль! – улыбнулась Анжелика. – В свою очередь, я могу поздравить себя с тем, что воспоминание о нашей встрече прибавит вам достоинства и хладнокровия, когда вы предстанете перед королем.

– Вы просто ангел, – пылко воскликнул молодой человек и, порывисто схватив руку Анжелики, покрыл ее поцелуями.

— Итак? Вы утешились? – она с удовлетворением отметила, что Николя выглядит повеселевшим и полным жизни. Совсем недавно он спас ее от смерти, а сейчас она оказывает ему ответную услугу и избавляет от отчаяния и мрачных мыслей. Теперь они квиты.

– Отчасти… Все же нам скоро предстоит расстаться, и при одной мысли об этом мое сердце рвется на части. Я никогда не смогу забыть вас, моя несравненная…

– Это расставание неизбежно, вы же знаете, – тихо ответила Анжелика.

Вдруг глаза Николя загорелись странным огнем.

– Еще не поздно решиться!

– На что? – с изумлением посмотрела на него Анжелика.

– У меня есть поместье в Берри. Там красивые окрестности, приятные соседи, там можно мечтать и философствовать, вспоминать свои победы и поражения, радости – мнимые и подлинные, просто жить, наслаждаясь покоем и любовью, – он перевел дух и осторожно обнял ее за плечи. – Я был бы счастлив, если бы вы согласились поехать со мной. Поверьте, я буду вам хорошим мужем и любящим отцом для вашей дочери. Я сделаю все, чтобы вы никогда не пожалели о своем выборе. Я знаю – вы небезразличны ко мне, и со временем, уверен, полюбите меня…

Тут Бардань понял, что она не слушает его, а смотрит куда-то в сторону. Глаза ее расширились, рука инстинктивным жестом прижалась к груди, а с губ сорвался тихий вскрик. Николя резко обернулся и похолодел. Прислонившись к косяку балконной двери, на них смотрел граф де Пейрак, с преувеличенным вниманием прислушиваясь к разговору.

Комментировать с помощью Facebook

Читайте также:

Оставить комментарий

Будьте первым, кто оставит комментарий!

Notify of
avatar
wpDiscuz