О переводах новой версии

Что можно сказать о новой версии вообще? Прежде чем говорить о том, нравится или не нравится новая версия, хочется спросить себя – а о чем, собственно говоря, была старая книга? И о чем – новая? Так вот, для меня и новая, и старая версии – это исторический роман о взаимоотношениях человека и общества, личности и власти, прежде всего. Причем это относится к обоим главным героям, да и к некоторым второстепенным. Далее – это историческая панорама жизни людей в определенный исторический период, с неизбежными аллюзиями на современность. По-моему, этот роман просто переполнен такими аллюзиями. Причем не только аллюзиями на ту эпоху, в которой шла работа над первой версией, но и на нашу. А любовная линия на этом фоне как раз есть то, что делает жизнь яркой и позволяет рассматривать вышеизложенные вопросы спокойно и оптимистично. Ну, для начала скажу, что новая версия мне нравится.

1)Перед нами необычное явление – издание новой версии старого произведения, а для нас еще и обновленный перевод. Отсюда два восприятия: восприятие новой версии или восприятия нового перевода.

2) Исторические вставки.

3) Вставки по сюжету

4) Новые мотивы или же расширенные старые мотивы

5) Другая разбивка на тома

6) Другое время написания и другой возраст автора

7) Стиль автора.

Простите, но начну с шестого пункта.

Было бы проще, если бы старая версия писалась в девятнадцатом веке, а новая – сейчас. Казалось бы, девятнадцатый век – это век позитивизма и веры в прогресс, а середина двадцатого века – период, когда позолота с прогресса уже сползла, и вообще в науке наступил неклассический период, в философии – господство экзистенциализма и структурализма и тому подобное. Но парадокс в том, что старая версия, имеющая, на мой взгляд, явные следы экзистенциализма, имеет посылы, идущие от девятнадцатого века. Она рассказывает о людях, выбивающихся из общего ряда, людях, стремящихся к новому, к переменам. Конечно, времени написания романа это тоже было свойственно и в немалой мере. Движение, космические амбиции, пафос открытий – все это было. Но были и другие тенденции, которые проявляются сейчас. Сейчас происходит возрождение иррационального, и при безусловном движении вперед в технике и науке в общественном сознании преобладает другое. Желание стабильности, пожалуй. Будет ли это отражено в романе? В старой версии все это было – мотив возвращения домой очень ясен, особенно в последних ругаемых книгах. Но это не просто возвращение домой, а возвращение изменившихся людей, которые смогут не приспособиться, а остаться самими собой.

Теперь о главном. Зачем понадобилась автору новая версия – это один вопрос. А вот нужна ли она была читателю? Думаю, да. Для нашего читателя это важно потому, что многие старые русские переводы были безобразно порезаны, и о новых переводах старой версии речи за пятнадцать лет так и не зашло.

Да и в авторской старой версии было немало несоответствий и даже лакун. Теперь некоторые из них исправлены и заполнены. В частности, это целительские способности Анжелики, которые появляются в седьмом томе старой версии почти что ниоткуда. Особенно впечатляет история бегства Анжелики через чумной город за травами для Мадлон, и контраст, который она почувствовала, оказавшись за его пределами. Близость к природе, которую автор подчеркивает, здесь органично вписана в сюжет.

Различные исторические вставки как раз работают на эту историчность и панорамность романа.

Подробности иногда хороши, иногда избыточны. На мой взгляд, они избыточны в начале третьего тома, где даются закавыченные цитаты из исторических текстов. Во всех остальных местах эти вставки очень даже очень уместны. Если учесть, что это роман в истории. Например, история Пуату в рассказах Фантины, бродячие торговцы с книжками, появляющиеся на новый год.

Путешествие Анжелики в Тулузу во втором томе вводит нас в проблему отличия между севером и югом Франции, подводя к знакомству с эпохой трубадуров.

То, что увеличилось количество научных (и технических) бесед Жоффрея – очень нравится. Его ученая ипостась становится более яркой, а отсылки к Галилею и прочие разговоры показывают нам, что семнадцатый век – это не только Фронда, мушкетеры и Версаль, а еще Галилей, Декарт, Бойль, инженер Рике, телескопы, астролябии, Тулузский канал. Вот.

И взаимное узнавание Анжелики и Жоффрея на этом фоне выглядит еще более перспективным, что ли. Уже то, что Анжелику подобные вещи не раздражают, дают понимание, что эти люди действительно подходят друг к другу.

А теперь о том, что не понравилось – о мистике. Мистика мне лично не особо интересна, но надо признать, что это культурное явление, и как таковое, может быть отражено в тексте человеком, имеющим иные взгляды и иные интересы. Более того, мистическая компонента достаточно заметна в современной культуре, что дает право автору обратиться к ней. Тем более, что в прошлом этот феномен был также достаточно значим. Но все же мистический эпизод в пятом томе не очень впечатляет. Тут еще не все его читали, поэтому пока не буду давать спойлер.

Еще о пафосности. Ага, имеется, и идет вразрез с цинизмом и чернухой, которые очень часто встречаются в современной литературе.

Теперь о структуре романа. Из книги – «многосерийного кинофильма» получается книга «телесериал». Возможно, это не только коммерческие интересы, но и дань времени. Но восприятие меняется. История распадается на другие фрагменты, другие этапы. Протеста это не вызывает, наоборот, подбрасывает новые мысли, что кажется мне плюсом.

Теперь о стиле. Сказала бы, что авторский стиль разнообразен – от длинных периодов до коротких рубленных фраз. Некоторые из них в старом переводе были обогащены Северовой. Некоторые появились заново. Так вот: эти рубленные фразы кажутся очень кинематографичными, почти сценарными. Можно ли сказать, что они дают простор воображению читателя? Наверно, да. Но этот вопрос к филологам.

Ну и напоследок (пока). Очень понравились четвертый и пятый тома. Особенно пятый, где жизнь Парижа представлена колоритно и разнообразно. Впрочем, подобное впечатление возникает уже после знакомства с переводом старой версии Науменко. Тут надо сказать спасибо товарищу Агапову, который представил искаженный донельзя вариант второй книги старой версии большинству русскоязычных читателей. Но и новые подробности и детали, добавленные автором, просто очень вкусно читать.

По первым томам новой версии у меня создается впечатление, что автор заканчивает каждый том “началом какого-то нового этапа в жизни”. Ну, можно сказать, что и в прошлом было почти так же, но. Мне никогда не казался логическим конец первого тома. То есть он не казался финалом. Анжелика уходит в никуда… и все. Это, имхо, обрыв, но и не начало. Сейчас не так. Анжелика в конце четвертого тома как раз начинает жизнь на дне Парижа, у нее что-то стабилизируется.

В конце первого тома новой версии она осознает, что с Монтелу покончено, и начинается дорога в Тулузу. То есть имеется начало. А в конце первой части первого тома старой версии она только собирается домой, все еще как-то зыбко.

В конце второго тома новой версии у Анж и Жоффрея рождается ребенок и они осознают свою любовь. Тоже вроде бы начало нового этапа. А в конце второй части первого тома старой версии Анж понимает, что завершается этап ее жизни в Тулузе – то есть там был конец этапа.

В конце третьего тома новой версии Анжелика присутствует при въезде короля в Париж. Это – начало какого-то исторического этапа, а также начало нового этапа борьбы Анж.

В конце третьей части старой версии Анжелика, кажется, спасается бегством от убийц. Там ощущение конца менее ясно, но на начало тоже не тянет.

@ Анна Спектор.

Комментировать с помощью Facebook