ЛД осень'19: Artelena VS List "К берегам надежды"

[Artelena]

Miss Magic, мне невероятно приятно, что вытрел Вас не отпускает и заставляет поразмышлять.
Так и хочется спросить: "В чем сила, брат?" (Это я не про правду. Пейрака сильным в конечном итоге, на мой взгляд, делает другое.) и снова отметить, что образ Жоффрей у Голон претерпевает огромные изменения: прищуривается, ухмыляется он в каждой книжке по-разному. В моем тексте он тоже щурится, это, конечно, можно не заметить, потому что делает он это с другой интенсивностью. Мимолетные фразы иногда показательны. Принципиальное различие от книги в том, что Голон сначала его заставила преодолевать, из этого сформировав определенные черты (они не делают его сильнее, они позволяют ему совершать много ошибок), а потом узнавать жизнь и меняться, уже преодолевая и обстоятельства, и самого себя. Я сделала по-другому. Мой Пейрак, имея такие же базовые установки (и искрить, и эпатировать он умеет, но делает это уже прицельно), легко начинает жизнь. Но живет на расслабоне до определенного момента. Война для него не проходит бесследно. Она запускает его формирование, позволяет начать видеть причинно-следственные связи и суть происходящего, то, к чему голоновский герой очень долго шел. Испытаний у него в 20 веке очень много, каждое новое привносит в его характер что-то новое: и умение сопротивляться, и силу (да, она тоже формируется постепенно, а не присутствует сразу - но это обстоятельство не означает, что ее нет или по этой причине герой будет слабее. Чтобы быть сильнее, человеку нужно знать, куда и как ударить - для победы часто нужен один правильный удар, а не способность отчаянно колошматить), и мудрость. Я написала, что сейчас хочу видеть героя в полную мощь. Вопрос лишь в том, Жоффрея какого периода голоновских книг покажет Ира, хотите видеть Вы и хочу видеть я. От этого, кмк, зависит судьба всех героев.
Я не хочу писать подробнее, проталкивая свою точку зрения на то, что должен сделать Жоффрей. Для выстрела анализ героя более чем глубокий. Выбор у Пейрака есть, перед ремарковскими героями он никогда не стоял, но был у голоновских персонажей. Но ведь задачка даже не в Пейраке

[Miss Magic]

Artelena пишет:

Мой Пейрак, имея такие же базовые установки (и искрить, и эпатировать он умеет, но делает это уже прицельно), легко начинает жизнь. Но живет на расслабоне до определенного момента. Война для него не проходит бесследно. Она запускает его формирование, позволяет начать видеть причинно-следственные связи и суть происходящего, то, к чему голоновский герой очень долго шел. Испытаний у него в 20 веке очень много, каждое новое привносит в его характер что-то новое: и умение сопротивляться, и силу (да, она тоже формируется постепенно, а не присутствует сразу - но это обстоятельство не означает, что ее нет или по этой причине герой будет слабее.

Artelena, Вы своего героя видите несколько по иному, чем я, читатель. Действительно сложно раскрыть характер по полной в таком объеме текста. У Анн Голон на это ушло несколько книжек. Задачка не только в Пейраке. Задачка изумительная. С нетерпением жду ответа от List.

[Artelena]

Miss Magic, точно. Мы и голоновского все по-разному видим, особенно после Тулузы, не говоря уже об Америке. Я вообще считаю, что канонный он только в каноне, а в фиках он должен быть логичным, то есть автор, который о нем пишет, не должен перекашивать характер созданного собой же героя. У меня от каждого Ж в каждом выстреле или фанфе остается свое впечатление, которое где-то ближе, где-то дальше от того, что оставило произведение. Но фанфиковский образ никогда не совпадает с тем образом, который я вижу в романе. И я скажу, что иногда в творчестве его образ даже намного приятнее.
Мне близка позиция MissisUlrich по восприятию моего героя.

Мне кажется, что он ушел бы в подполье, обзавелся бы кругом единомышленников. Ну а дальше как пойдет, в соответствии с ситуацией и креативом, присущим ему.

Мне интересна вот эта мысль. Что конкретно бы сделал Ж? Когда он попал в Африку, он сразу обзавелся единомышленниками и креативил по полной или все же некоторое время ему пришлось находиться в зависимом положении? Во Франции 40х годов было не лучше. Он немец, без документов. Он в Германии нужен только для того, чтобы его посадили (в лучшем случае), Франции он вообще не нужен. Люди жили тем, что надеялись на то, что войны не будет. Подписывались Мюнхенские соглашения. Его единомышленник - это Равик. Но и они разные. Такое время, кмк, что бороться еще не с кем, все и ждали, пока ситуация поменяется.
Если 3 Рейх параллелить с Людовиком в тулузском периоде, много ли он насопротивлялся королю? Под гитару не хотел петь... Мой отказался работать. Оба раза власть его смяла.

[Violett]

Artelena, огромное Вам спасибо за Ремарка

в школе он мне не нравился... и столько лет уже прошло. но, после Вашего выстрела, я прочитала "Ночь в Лиссабоне" за одну ночь...

[MissisUlrich]

Artelena пишет:

MissisUlrich,

Я из любопытства спросила. Если появилось желание воздействовать на подсознание и фантазию List, то есть ли идеи, как выполнить задание дуэли? Без уточнений, да или нет?

Artelena, простите за задержку с ответом, я в бурном обсуждении не заметила этот вопрос идеи были, да, основанные на некоторых ходах в стиле канона. Уверена, List нам что-нибудь эдакое по-любому организует в ответке, Вы однозначно выбрали правильную жертву фехтовальщицу для дуэли

[List]

Матьмоядорогаяженщина, скока всего написали...
Ну что, дамы. Как говорится в одной относительно новой поговорке: "..., ..., ...! Сами же просили")))
Снова прошу прощения за опечатки - сильно прыгает экран(

Artelena,

[List]

Черный мерседес шел легко, за окнами в синих плавающих сумерках покачивались деревья. Пейрак лежал на заднем сиденье, обрывая дрожащими пальцами нитки на штанине.
- Куда? – не поворачивая головы, процедил Филипп.
- Направо, через посадку, - прошелестел предатель Рейха, закашлялся и, сделав резкое, точное движение, полоснул ножом по горлу любовника жены. Фонтан крови плеснул на лобовое стекло, Бельер зачем-то вывернул руль, забыв ударить по тормозам. В следующую секунду Пейрак воткнул нож родственнику в грудь, мерседес врезался в дерево, а Жоффрей вылетел через лобовое стекло. Треск, звон, скрежет, пьянящая полумгла, пронизанная сигаретным дымом и резковатый голос в ней:
- Где вас носит, монсеньор, я замерз между прочим!

***

Анжелика с трудом разлепила веки, попытавшись приподняться на кровати.
- Не иди к свету, душа моя, - услышала она странно-знакомый голос, - поскользнёшься, упадешь, ногу сломаешь.
В руку сунули стакан воды, она машинально выпила. Разноцветные пятна, мелькающие перед глазами, слились в огромного дога, дружелюбно облизывающего ей щеку. По комнате, закинув руки за спину, ходил шатен в штатском.
«Три дня назад какой-то мужчина с огромной собакой вел сеньора Нойманна к нацистам» - вспомнила Анжелика.
- Радость моя, - Дегрейро подошел и присел рядом, - вот почему с тобой все время так хлопотно? То река, то отрава? Что в следующий раз? Газовая духовка?
- Откуда ты здесь? – непонятно зачем спросила она.
- Люблю местный акведук в рассеянных отблесках восходящей луны, - хмыкнул мужчина и подхватил Анжелику под локоть, - вставай, душа моя, и убери руки от пистолета. Ты все равно не успеешь. Садись в машину, прокатимся.
Анжелика послушно убрала ладонь от кобуры. Франсишку прав – она не успеет.

***

В тот день во Франкфурте она стояла на мосту и думала, что туман в голове с каждым днем все гуще, сил все меньше, эмоции все суше. Она считала недели с момента исчезновения Жоффрея, потом месяцы, потом перестала считать. В какой-то момент при мысли о нем становилось неприятно дышать, словно в груди поселилась когтистая тварь и с каждым движением проталкивала свои когти поглубже. Анжелика перестала чувствовать вкусы, запахи, могла пройти под проливным дождем даже не заметив капель. Как-то порезалась почти до кости и совершенно не ощутила боли.
С ленивым удивлением констатировала - умирать не хочет, жить не может. Так какая разница? Гибким движением перебралась через перила, стала на тоненький бортик.
- Кого-то хотите удивить? – рядом с ней внезапно возник мужчина в кожаном плаще с огромной собакой на поводке.
- Нет, - пожала плечами девушка и, не желая разговаривать, шагнула вперед и разжала пальцы.
- Вот же дура! - ударил в уши крик и тяжелый всплеск следом.
Кажется, он нес ее на руках, ругался, объяснялся с кем-то на улице, свистел, искал в карманах деньги. Потом, в тесной комнате срывал с себя и с нее мокрую одежду.
- Я даже утопиться не могу, - тускло произнесла Анжелика, уткнувшись в шею огромного дога.
- Не унывайте, душа моя, когда-нибудь получится, - хмыкнул спаситель.
Он завернул ее в одеяло, кинул в кресло, сунул в руки чашку с чем-то холодным. Девушка глотнула, сразу стало горячо и больно, словно в вены набились иголки пополам с битым стеклом.
- Отстаньте.
- Подозреваю, у вас депрессия, - мужчина сел на кровать напротив нее, - обычное дело, времена тяжелые. Говорят, у каждого второго депрессия. Слово красивое, не находите? Раньше о таком и не знали.
- Зачем вы прыгнули за мной?
Незнакомец долго молчал. Настолько долго, что она сама подняла взгляд. Взявшись за деревянные подлокотники, он резким движением подвинул к себе кресло. Анжелика невольно подалась вперед, глядя сквозь его усталые карие глаза, словно присыпанные пеплом, небритые щеки и губы, рыжие от выпивки. Мужчина задумчиво погладил большими пальцами девичьи скулы, провел ногтем по подбородку, ладонью прорисовал горло спустился к ключицам. Уголок рта скользнул вниз, бровь – вверх. Через секунду ладонью он захватил в горсть ее волосы и притянул к себе. Вторая ладонь накрыла ее голые ступни, выглядывающие из-под намотанного одеяла.
- У меня тоже депрессия.
Из его квартиры они не выходили два дня.

***

Франсишку затолкал ее в машину на сиденье рядом, поправил зеркало.
- Я же выпила яд, - Анжелика почему-то смотрела на свои пальцы.
- Душа моя, твоим Пейраком интересуются вполне серьезные люди с далеко идущими намерениями. Неужели ты думаешь, что его вещи не проверили по приезду, а проверив – не заменили? Это было просто сильное снотворное, ты проспала часов двенадцать. Что за новая мода таскать с собой яд во флаконе? Пока найдешь, пока откроешь, пока выпьешь. Учитесь у русских – ампула в воротник и все. Филигранная работа.
Молодая женщина схватилась за живот.
- Не дергайся, все в порядке с ребенком. Пока ты спала, медсестра осмотрела. Кровь в первые месяцы бывает, там всего пара капель. А сейчас помолчи, пожалуйста, у меня был тяжелый вечер.

Через два дня она узнала, что он полицейский и него какие-то дела с Филиппом. Еще через пару недель познакомилась с Барданером.

***

Машина тормознула в лесу у невысокого бревенчатого домика. Дергейро, поддерживая Анжелику за локоть, открыл дверь, отпихнув ногами какие-то пакеты, валявшиеся на полу, втолкнул женщину в комнату. Она рванула руку, заталкивая крик поглубже в горло – на кровати лежал Жоффрей.
- Лекарства на кухне, продукты в ванной, вино и водка в погребе. Твой медицинский опыт будет весьма кстати, звать других врачей я к нему не буду. Кости целы, почки на месте, раны зашьешь. Последствия двух дней на бетонном полу подлечат уже в Штатах. Вот лицо жаль, это правда. И голос, боюсь, не вернется.
Она захлебнулась вопросом на вдохе.
- Анжелика, посмотри на меня. Анжелика! – он тряхнул ее плечи и повернул лицом к себе, - я вернусь через пару дней. С документами. Чистыми документами. И билетами. Вы. Останетесь. Здесь. Ты поняла?
- Я. Поняла. – шепнула она.

***

Два дня запах крови мешался с запахом лекарств, кружил голову и рвал легкие на части. Боль, кровь, резь в глазах, сухость в горле, рваный шепот, бессонные ночи для них обоих. Потом стало легче. Потом совсем легко, если сравнивать с крюками в казематах.
Дегрейро приезжал каждые два дня на пару минут, забрасывал продукты и лекарства, качал головой и уезжал. Анжелика пила чай, крутила в ладонях шоколадки и радовалась, что токсикоз отступил. За окном шумели сосны.
Когда полицейский появился с Порту спустя месяц, Пейрак уже сидел на крыльце, держа в ладонях кружку с кофе. На скамейке у его ног прикорнула Анжелика.
- О, я смотрю, ваша жена прекрасно накладывает швы. Очаровательно выглядите герр Пейрак, жаль, что следы все же останутся. В любом случае, рад видеть всех вас в добром здравии, - полицейский перекинул бывшему Нойманну бумаги, - ваши паспорта. И ваши билеты. Отправляетесь через неделю. Все на том же «Монсанту».
- Куда отправляемся? – вскинула голову Анжелика.
- Куда и планировали, в Америку, - Дергейро поднял бровь, - или желаете навестить Европу?
Пейрак скривился, встал и махнул рукой, приглашая полицейского войти. Анжелика бесшумно закрыла дверь прислонилась к ней спиной, выжидающе глядя на мужчин. Дегрейо заговорил первым.
- Герр Пейрак, я уполномочен сделать вам предложение. Правительство страны, заинтересованной в победе над Германией пригласит вас принять участие в разработках некого оружия, - Дегрейо протянул сигарету Пейраку, спохватился, закурил сам, - Проект масштабный*, работа интересная, лаборатория комфортабельная. Правда, расположена несколько вдалеке от больших городов и статус секретности как бы сказать повежливее – зашкаливает. Условия тяжелые – охрана, контроль и отчетность. Зато солнце, песок и свежий воздух.
- Оружия? – Пейрак говорил отрывисто, тихо, - Мечта фюрера о сверхсиле в действии?
- Да, но реализуется искомая мечта не фюрером, а против фюрера.
- И где же находится этот рай земной?
- Один из штатов Америки, - уклончиво повел бровью Дегрейро, - у вас, кстати, намечается прекрасная компания. Ваши коллеги из Германии, Канады, возможно даже из Великобритании.
- Что именно мне предлагают?
- Учитывая ваши блестящие наработки – должность помощника научного руководителя проекта, профессора Оппейнгеймера*. Ваша жена будет работать врачом на базе.
Анжелика обняла себя руками, продолжая смотреть в окно. Пейрак задумчиво крутил в пальцах сигарету.
- Вы ведь понимаете, почему именно ваша протекция кажется мне несколько подозрительной?
- Герр Пейрак, - спокойно встретил взгляд Жоффрея Франсишку, - я понимаю вашу обеспокоенность, но не могу представить документов или материальных свидетельств. Скажем так, я работаю, в некой правительственной организации. Последние несколько лет мы Филиппом фон Бельером формировали группу ученых, занимающихся разработкой столь… важной сердцу фюрера мечты. Например, Николаус Барданер не только и не столько школьный учитель - далеко не все отказываются работать на Рейх. Однако, в судьбе тех ученых, которые могут заинтересовать правительство за океаном, я принимаю особое участие. Ваши документы в Португалию готовились через наш отдел, мы собирались встречать вас с помпой и провожать с оркестром. Но вы притащили в Лиссабон Бельера.
- Я? – Пейрак удивленно вскинул брови.
- Имя Кармен Мерекур о чем-нибудь говорит? – полицейский криво улыбнулся, - Вы дождетесь, герр Пейрак, что ваши прошлые знакомые начнут палить по вам из пушек.
- Можно ближе к делу?
- Разумеется. Мне жаль, что вам пришлось пережить несколько неприятных дней у вашего родственника, однако поверьте, он бы нашел вас в любом случае. А если бы вас к нему привел не я, а Барданер, ножа в штанине вы бы не обнаружили. Кроме того, я знал куда вы повезете наших доблестных арийцев, вы прогуливаетесь в той посадке ежедневно. Оставалось лишь ждать. А вот ваша щека, не поверите – очень кстати.
- В смысле?
- Ваши новые документы на имя Людвик фон Бурбонштерн. У него травма – свежие шрамы на правой щеке. Жена несколько бурно отреагировала на его ... личную жизнь. Этот факт нигде не зафиксирован, но нужные люди на границе в курсе. Да, фру Анжелика, с прискорбием сообщаю вам о смерти вашего брата. Автомобильная авария, увы, до больницы он не дотянул.
- А сам Бурбонштерн? – Пейрак листал паспорта.
- Увы! Цирроз печени дело не шуточное. Он очень любил удовольствия… И в этой Вселенной не вынес их обилия.
Франсишку свистнул, подзывая собаку.
- Что ж, оставляю вас подумать. Отплывает «Монсанту» через неделю. Как раз отдохнете и выспитесь. Любите рыбалку? Здесь чудесное озеро, удочки в сарае. Я навещу вас дня через два, поговорим о том, что вы решили. Билеты, как вы сами понимаете, предоставляются вам только в случае, если вы готовы принять вышеизложенное предложение. Я лично отправлюсь с вами, чтобы представить коллегам и помогу обустроиться.
За полицейским захлопнулась дверь, Анжелика подошла к мужу.
- Ты поедешь? Ты поверишь ему?
- Мы поедим, - поправил ее Жоффрей и на его лице появилась та насмешливо-ласкающая усмешка, которую Анжелика не надеялась больше увидеть.
- Тебя так вдохновило предложение далекой, заокеанской страны? – она положила ему руки на плечи.
- Финансируемые научные исследования? Милая моя, это мечта любого ученого! Новейшие приборы, оборудование, ингредиенты! Ученый, которому приходится зарабатывать на свои эксперименты, который заниматься снабжением - несчастнейший человек! Он хочет устремиться вперед, он видит, он знает, но не может, потому что ему нужны средства, средства нужно заработать, а значит ему нужно время и так по кругу. У меня будет все время мира, свободное для научных знаний и исследований!

_____________________
* Манхэттенский проект. Кодовое название программы США. Цель – разработка ядерного оружия. Стартовала в 1943 году. Считается, что толчком послужило письмо президенту США Рузвельта от Альберта Эйнштейна и других ученых, которые высказывали обеспокоенность. По их мнению, у Германии была возможность разработать бомбу нового типа, которая бы обладала чрезвычайной мощностью.
Америка среагировала должным образом. Манхэттенский проект заменил «Урановый комитет», который искал сверхсильное оружие с 39-го года. В новой разработке принимали участие ученые Америки, Канады, Франции, Германии. В рамках проекта были созданы три атомные бомбы. «Trinity» («Троица»). «Штучка» (Gadget), «Fat Man» («Толстяк») и «Little Boy»(Малыш») Названия отражали внешний вид оружия.
Две последние бомбы были применены при бомбардировке Хиросимы и Нагасаки. Командиры экипажа впоследствии рассказывали, что не испытывали никаких эмоций, сбрасывая бомбы на города с людьми и детьми.


* Роберт Опенгеймер - научный руководитель Манхэтенского проекта

[List]

***

Цербер-Фосфору*: Предложение принято, Аполлон в Бельведере.
Фосфор- Церберу: Как здоровье Пенелопы?
Цербер –Фосфору: Не дождетесь.
____
* Фосфор – аналог Сатаны в древнегреческой мифологии. В древнеримской – Люцифера. Дословно – прекрасная утренняя звезда, гаснувшая в небе.

[List]

***

5 апреля 1951 год

Прием в честь Вилли Брандта, четвёртого федерального канцлера ФРГ, затягивался. Сам канцлер, жизнерадостно жестикулировал, обсуждая освобождение военнопленных, прихлебывал коньяк и с интересом рассматривал непроницаемые лица окружавших его людей. За спиной Брандта стоял высокий, чеканно-красивый блондин в строгом темном костюме и белоснежной рубашке. Канцлер называл его своей правой рукой и похлопывал по плечу, женщины бросали на красавца призывные взгляды, мужчины справедливо отмечали, что этот Отто фон Шварцкопп слишком уж влиятелен для простого советника по культуре.
- Герр Отто, - раздался рядом с блондином негромкий голос.
- Герр Дегрейро, - Шварцкопп с нечитаемым выражением лица взял с блюда тарталетку.
- Прием немного наскучил, вам не кажется? Я слышал здесь напротив премилый буфет.
- У меня квартира тремя этажами выше.
- Однако, – хмыкнул старый знакомый, - Следую за вами.

Мужчины молчали, стоя в лифте, молчали, заходя в квартиру, молча распаковывали креветки, сыр, бутылки вина и коньяка.

- Вы плохо выглядите, - Филипп опустился в кресло.
- Хорошо хоть вообще живу, - Дегрейро махнул рукой в сторону окна, на Красную площадь - Прекрасный вид, герр Отто. Квартира действительно ваша?
- Служебная. Закреплена за мной, когда я бываю в стране.
- Ваша карьера удивила меня.
- Советник по культуре? Работа не пыльная, масса времени и возможностей для выполнения моих непосредственных обязанностей.
- Да, конечно. Непосредственные обязанности. Давно мы с вами не работали вместе.
- Я так понял, после вербовки Пейрака для Соединенных Штатов, вы перешли в другой отдел?
- Не то чтобы. Скажем так, меня поставили курировать несколько иную пару. Во Франции. Там как раз сейчас любовь, огонь, больничные палаты, - усмехнулся Дегрейро, уносясь мыслями куда-то далеко.
- Любовь, - скривился Филипп, - Анхелика почти убедила меня в том, что муж любит ее и я был готов принять его в семью. А тут он сбежал, лепеча о своем благородстве. Ему не хватило силы духа взять ее с собой, он бросил на нее все, даже их развод.
- Кажется, вы допрашивали Пейрака?
- Я тогда еще не знал, что он может быть нам полезен, - повел плечами Бельер, - но поверьте, обращался с ним так же как с любым другим. Что бы не говорили обо мне мои коллеги, уверен, меня не обвиняют в наслаждении чужой болью.
- Не обвиняют, - кивнул Франсишку, - наоборот, говорят, что допрашиваете так, слово вы робот.
- Возьмите еще вина.
- Должен сказать, что ваши непосредственные обязанности меня несколько удивили. Не догадался, честное слово. А ведь все знать – моя обязанность.
- Я вообще личность загадочная, - сухо кивнул советник по культуре канцлера ФРГ.
- Вы использовали меня и моих друзей, - поморщился Франсишку, - не очень, знаете ли приятно это понимать. Не расскажите, что привлекло вас на ту сторону силы?
- С какой стати мне с вами откровенничать? – удивился Филипп, - то что наша совместная операция удалась, еще не значит, что мы стали друзьями.
- Вы помогли мне вывезти Пейрака в Америку чтобы приставить к нему своих советских шпионов.
- Почему сразу шпионов? Разведчиков, - сложил пальцы шатром Бельер.

Мужчины синхронно усмехнулись и синхронно выпили. Черное вино переливалось в бокалах перламутром, возможно, дело было в настольной лампе - зеленый абажур причудливо преломлял оттенки.

- Это вы придумывали позывные? – спросил Филипп, потянувшись за креветкой.
- Я. Не понравилось?
- Фосфор? Имели ввиду звезду или химический состав?
- Звезду. Древний аналог имени Люцифера.
- Польщен, - коротко кивнул Бельер.
- До встречи с вами я думал, что дьявол горяч, весел, саркастичен, жизнерадостен. Но сейчас, право же, могу допустить, что он холоден, жесток и горек. Чтобы вести к цели всех чертей преисподней нужен такой, как вы.
- Если под преисподней вы подразумеваете страну, на которую я работал и работаю, вам известно, где находятся двери, - голос сковал арктический холод.
- Я - нет. Мир – да, - ничуть не смутился Дегрейро, внимательно глядя на профиль собеседника. Тот невозмутимо пожал плечами.
- Плевал я на мир, который совсем недавно дьяволом называл фюрера, а теперь нашел себе нового злодея. Мир просто не может без образа врага.
- И вам не важен голод, тюрьмы, воронкИ?
- Для меня имеет значение то, что он победил. И то, КОГО он победил. Уверен, сейчас, через годы после окончания войны, возможная власть Третьего рейха уже не ввергает ни вас, ни мир в ужас. Это естественно, ведь опасность прошла. Но поверьте, режим фюрера, реализуй он все свои мечты и устремления, вряд ли показался бы вам милой прогулкой в парке.

Дегрейро продолжал внимательно рассматривать высокую, словно пером очерченную фигуру, скульптурные скулы, летящие брови. Брат Анжелики действительно хорош собой, годы его только красят. Бывший полицейский потянулся к бокалу и вздрогнул, услышав неожиданный вопрос:

- Вы слышали о Людовике XIV, герр Франсишку?
- Кое-что, - тонко улыбнулся тот.
- Это был великий человек, который вел страну к процветанию. Да, ценой войн, смертей и казней. Но его победы, его дворцы, его академии, да и он сам – остались в истории навечно. Знаете почему? Потому что он строил. Ему досталась страна, измотанная войнами, гражданскими междоусобицами, заговорами, подлостью и предательством. А он смог построить великую Францию, - - Филипп протянул собеседнику розетку с черной икрой, - попробуйте. Еще семга хороша. А вот шоколад здесь – ни к черту.
- И вы полагаете, что Отец народов построит что-то похожее?
- Не сомневаюсь.
- Скажите, Филипп, - Дегрейро крутил в ладонях портсигар, - а откуда появилось то письмо, которое предъявил Пейрак с вашей подписью?
- Думаете, я разбрасываюсь официальными бланками с моим автографом? - Филипп позволил себе усмехнуться, - Разумеется, я знал, что Пейрак прибыл, понимал, что она захочет с ним уехать и даже знал, куда они направятся. Мне нужно было чтобы они выехали без проблем. Но я даже в страшном сне не мог представить себе, что этот… ученый… проигнорирует мое предупреждение! Я же четко сказал – три дня! А он остался ждать какое-то платье! Не поверите, этот анекдот пользуется бесконечной популярностью среди моих коллег.

Они снова выпили. Человек без собаки задумчиво смотрел на обои с греческим орнаментом, странные, не слишком удобные кресла, большой письменный стол, книги, набросанные в беспорядке на полках. Ничего личного. Обстановка такая же непроницаемая, как и выражение лица этого чертового шпиона. Или, как он сказал? Разведчика? Наверняка же хочет спросить об Анжелике. Но даже бровью не шевельнет. Или не хочет? Потому что все знает?

- Она занимается пластической хирургией, - обронил Дегрейро, - и надо сказать, весьма успешно. Новый вид медицины после войны более чем востребован – многие вернулись с жуткими рубцами и шрамами. Трое детей. Каменный домик в Перчесе, штат Нью-Йорк. По входным пироги и бейсбольные матчи. Выглядит вполне счастливой. А он…
- Его интервью в газетах я видел, - блондин сделал предупреждающий жест ладонью, - не интересует. Он даже с ножом толком не умеет справиться.
- Ну, зачем вы так?
- Он же должен был предвидеть, что я не сяду с ним в машину без защиты? Кто тычет ножом в грудь, бить надо в живот! – устало вздохнул Филипп, - И прошу вас, оставим этот разговор, Пейрак уже давно не моя задача. Лучше скажите, как ваш Порту? Помню, у него была легкая сыпь на правом ухе. Вы пользовались мазью, которую я дал?
- Почему у вас нет собак, Филипп, ведь вы любите животных?
- Зачем их мучить? Я в разъездах три недели из четырех, ни одна собака не выдержит такого расписания.
- А хотели бы?
- Собак, лошадей, охоту, - насмешливо протянул Плесси-Бельер, - возможно. Что-то есть в этом притягательное. Не могу понять, мне кажется или вы действительно вызываете меня на откровенность? С чего бы?
- Устал, - покаялся Дегрейро, извлекая из кармана серебряный портсигар, - годы, нервы. Но еще, признаюсь, за эти годы вы стали мне интересны. Захотелось поговорить о чем-нибудь кроме работы. О любви, например.
- О любви? – вскинул подбородок Бельер, - К Родине? К литературе?
- И почему ваши коллеги с обеих сторон границы считают, что у вас нет чувства юмора? Оно есть, просто очень… сдержанное, - хмыкнул бывший полицейский, - еще коньяку? Говорят, когда вы выпьете сверх меры, то становитесь неуправляемым.
- Уверен, никто не говорил, что пьяным я становлюсь болтливым.
- Вы правы, сего за вами не водится. Что ж, не желаете, не отвечайте.
- Любовь, - пожал плечами Филипп, - что она такое?
- Я полагал, что любить - значит быть рядом, когда нужен, - Франсишку закуривал вторую сигарету.
- И что – вас кто-нибудь любит? – в голосе Филиппа не отразилось даже любопытства.
- Не сказал бы, - хмыкнул тот.
- Сложно понять, когда именно ты нужен, не говоря уже о том, что иногда можно банально не успеть. Значит, нужно быть рядом всегда. Даже когда тебе самому больно, страшно или стыдно там быть. Даже если думаешь, что тебя ненавидят. Если ты рядом, ты сможешь помочь.
- И что – вас кто-нибудь любит? – скопировал его тон Дегрейро.
- Не сказал бы, - карминные губы тронула улыбка.
- Что ж, значит мы оба ошибаемся, - подвел итог человек с собакой.

Филипп задумчиво прошелся по комнате, посматривая на собеседника. Он познакомился с Дегрейро в 1943 году в Париже, в салоне у прелестной Коко. Французские модельеры с удовольствием не только шили для нацистов, но и приглашали тех на званые вечера. Приемы Филиппа интересовали лишь в силу профессиональной необходимости, а вот красивые костюмы от Диора он любил совершенно бескорыстно. Диор бывал у Шанель и Филипп заходил к Коко. На одном из таких вечером они и встретились с Дегрейро. Франсишку полагал, что Бельер работает на Англию, Бельер знал, что полицейский работает на Штаты. В то время страны считались союзниками, потому мужчины поприветствовали друг друга с профессиональной настороженностью и разошлись.

Приказ сотрудничать с Дегрейро и помочь мужу сестры бежать в Америку, заставил Бельера усмехнуться. Пейрак был заочно включен в Манхэтонский проект американскими специалистами, специалисты советские в свою очередь, подобрали родственнику сообразительного и преданного ассистента. Таким образом, отплытие семьи за океан и последующая плодотворная работа была выгодна всем. Дегрейро оформил документы и ждал Жоффрея с распростертыми объятиями в Лиссабоне. В свою очередь, Бельер пообещал прокурировать перемещение будущего светила американской науки.

Однако, план пришлось слегка скорректировать, когда выяснилось, что Барданер также вылетел в Лиссабон. Филипп откровенно выругался – мужик, конечно, был нытиком, но отнюдь не тряпкой, нож в руках держал уверенно, а Пейрака сильно недолюбливал. Не проконтролируешь этого злопамятного психа в Португалии – есть шанс найти пару трупов на территории страны, союзницы Рейха. С трупами проблем нет, но, если отправлять в Америку станет некого, руководство огорчится. Пришлось дать мужику поразвлечься, иначе тот вряд ли бы успокоился. А вот после звонка Дегрейро с информацией о шрамах, пришлось импровизировать.

- Бельер? – в полупьяном голосе Дегрейро скользнул жгучий интерес, - скажите все-таки, почему Союз? Уважте на прощанье.

Отто Шваркопп поднял на коллегу усталые, покрасневшие глаза:

- Вы помните Рурский конфликт, Франсишку?
- Франция оккупировала Рур, заявив, что Германия отказалась от выплаты репарационных обязательств? – нахмурился Дегрейро, - но насколько я помню, на тот момент Германия объявляла себя банкротом?
- Мерзкое, унизительное, лицемерное действо. Их интересовал уголь и сталь Рура, французы давно искали возможности прибрать город к рукам. Возможно, я покажусь вам слишком эмоциональным, но я видел это довольно близко, в силу должности, которую в то время занимал в правительстве. Они просто приняли условия Парижа, ввели чрезвычайное положение и бросили Рур подыхать, заявив, что так и надо. А все страны нашей дорогой Европы смотрели на эту мерзость и поддерживали ее.
- И только Советский Союз осудил оккупацию, - поднял бровь Дегрейро.
- Это оказалась единственная страна, которая имела самостоятельное мнение по этому вопросу и не побоялась его высказать, - Бельер коротко и жестко усмехнулся, глядя на собеседника, -Моя честь действительно именуется верностью, герр Дегрейро. Просто я верен лишь тем, кого нахожу достойными.

Разведчики допили коньяк. За окном вставало нежно-рассветное московское солнце. Под его лучами загорались купола собора Василия Блаженного.

[List]

***
Разведчик ИНО ОГПУ СССР Филипп фон Плесси-Бельер, в последствии резидент КГБ в Бонне Отто фон Шварцкопп, был представлен к наградам: Орден Ленина, Орден Боевого Красного Знамени (дважды), Орден Великой Отечественной Войны. Он сделал лучшую карьеру для разведчика – остался неизвестным широкой публике. О многочисленных подвигах Филиппа можно прочитать лишь в специальном хранилище архива СВР РФ.

Жоффрей и Анжелика Пейрак (Людвиг и Мария Бурбонштер) жили долго и счастливо в Печерсе, штат Нью-Йорк. У него была своя лаборатория, в нее – своя клиника пластической хирургии, у них обоих – два сына и две дочери.

Иностранный гражданин Франсишку Дегрейро был объявлен пропавшим без вести в Союзе Советских Социалистических Республик 5 апреля 1951 года.

[List]

Florimon, жанр - драма

[Violeta]

Ну что могу сказать - ожидаемо... Дегре и Фил молодцы, Жофа, как и в Роковой ошибке, умом не блещет, Анж два дня чешет свои узкие пути с Франсишку, прости Господи... И хеппи энд.

Из плюсов - написано оч хорошо, продумано, логика повествования убедительна, и если не брать в расчёт то, что герои не в характере, а главные по итогу и вовсе отошли на задний план, то работа прекрасная.

Но Фил - разведчик СССР... Нет, ты знаешь, моя фантазия все ж таки имеет границы. И не верю я, что он предал бы интересы того, кому верно служил долгие годы и чьи идеи разделял - это раз, что встал бы на сторону фактически главного врага Рейха - это два, и что стал бы помогать Жофе с Анж - это три. Ну разве что Фил из параллельной реальности созвездия Альфа Центавра.

Но как самый неожиданный из всех неожиданных эпилогов - это однозначно этот. Другое дело, что он противоречит лично моему видению героев. Потому все имхо и не обращай внимания.

Работа оч достойная.

[Artelena]

List, спасибо за ответку! Ну ты фантазерка, очень нестандартно Каждый раз на дуэлях про себя поражаюсь, как по-разному у всех работает фантазия Разрулила все логично Мне кажется, это было довольно сложно. У тебя это определенно получилось Ох уж этот Барданер, кто бы мог подумать Фил вышел реально орлом, Дегре - красавчик. Обнаружение советского следа - это сильно! Но если мне не изменяет память, то касательно Португалии долгое время думали, что там не работала Лубянка... Короче, они ошибались Как, видимо, и мы насчет Фила
Возрадуюсь долгой и счастливой жизни четы Пейрак! Отлегло

List пишет:

Жоффрей и Анжелика Пейрак (Людвиг и Мария Бурбонштер)

- от судьбы не уйдешь
Ира, спасибо! Вышло интересно!

[Artelena]

Violett пишет:

Artelena, огромное Вам спасибо за Ремарка
в школе он мне не нравился... и столько лет уже прошло. но, после Вашего выстрела, я прочитала "Ночь в Лиссабоне" за одну ночь...

Violett, я очень рада, что эта дуэль привлекла Ваше внимание к роману писателя! Мне было это неверояно приятно прочитать

[List]

Violeta пишет:

Ну что могу сказать - ожидаемо...

Violeta пишет:

Но как самый неожиданный из всех неожиданных эпилогов - это однозначно этот

Гм… Так что все-таки? Первое или второе?

Violeta пишет:

Дегре и Фил молодцы

Дегре, как я понимаю и должен быть молодец? . Он Artelena задумывался как хранитель, более того, как хороший хранитель, который больше не должен лажать так, как в прошлый раз в Париже.

Violeta пишет:

Анж два дня чешет свои узкие пути с Франсишку, прости Господи

Тут да. Каюсь. Чешет, зараза И в каноне тоже чесала, причем с тем же Дегре и в той же ситуации, когда топилась)) Но и в каноне, и в дуэли она свободная женщина, которая вроде имеет право . Помимо того, что я думала доставить девушке удовольствие, хотела, чтобы Дегре в ответке здесь не был совсем незнакомым. Ему графа в Штаты вербовать, а это сложно в той ситуации, которая мне задана. Познакомить ПЕйрака и Дегре раньше не получается – четко расписана сцена их знакомства в выстреле. Поэтому раньше познакомила его с АНж. Честное слово, я бы им секс с Жоффой организовала, но во-первых, он уже был энное количество раз в выстреле, а во-вторых, Жоффа все-таки не в том состоянии))

Artelena пишет:

Дегре - красавчик

Не такой уж и красавчик, не просек на кого Фил работает.

Violeta пишет:

Жофа, как и в Роковой ошибке, умом не блещет

Жоффа как и в Роковой ошибке дан в ситуации, которая весьма травматична. Здесь он мне достался избитый, изрезанный, с порванным горлом и несколько дней провалявшийся голым на бетонном полу. Корабль должен отходить в ближайшее время, иначе его просто возьмут с АНж, если брать мою версию – за убийство, если не брать мою – Фил и Бардань в Португалии. Он может только немного оклематься, встать на ноги и идти на палубу.
Если его заочно взяли в проект – он ооочень блещет умом, туда брали тока умных . Он хотел быть ученым на финансировании. Во всяком случае, именно так говорил в «Заговоре» и тут так говорит (его монолог немного скорректировала). Я ему реализовала мечту. В Америке, встав на ноги, он получил свою лабораторию. Это оч круто. Читала, что прикладники в Штатах обязаны не просто наукой заниматься, как было в Союзе в научных институтах, но и в вузах читать. Я специально не написала что он обязан преподавать.

Violeta пишет:

если не брать в расчёт то, что герои не в характере, а главные по итогу и вовсе отошли на задний план, то работа прекрасная.

Насчет характера - Пейрак ученый, Анж изменяет, Филипп бьет и служит системе, Дегре все всегда знает и молчит до последнего . Но не в характере, так не в характере.

Насчет героев главных, которые стали второстепенными. Смотрим мое задание:

Задание: прийти от конца к началу. Дегре должен стать положительным героем, ведь он в «Парижской сказке» обещал помочь Анж и Пейраку (мы должны понять, что все, что делал Дегре – это единственно правильные и необходимые поступки).

То есть, у меня задача - Дегре. Мне нужно объяснить, почему он, который должен быть хорошим, ведет себя так гадко и подставляет своих же подопечных. Об Анж и Жофе в задаче ничего не говорилось. Artelena расписала о них, об их любви, расставании, жизни вместе и порознь 38 страниц в Word. Я решила, что этого достаточно.
В ответке - 8 частей (считая шифровки) и Жоффа и Анж - герои во всех, кроме последней.

Violeta пишет:

Но Фил - разведчик СССР... Нет, ты знаешь, моя фантазия все ж таки имеет границы.

Понимаю. Зато к фашисту претензий не было.

И не верю я, что он предал бы интересы того, кому верно служил долгие годы и чьи идеи разделял - это раз, что встал бы на сторону фактически главного врага Рейха - это два

Совершенно согласна с тобой. Не предал бы. И к врагу бы не переметнулся. Но он не предавал. Рурский конфликт был в 1922 году и именно тогда Фил решил работать на Советскую Россию. А SS создана в 25-м. То есть к фашистам он пришел уже советским шпионом.
Я не совсем поняла, как Artelena высчитывала возраст героев, но если Анж говорит, что «Фил о ней после смерти родителей заботился, а потом был Рурский конфликт», я предположила что ему тогда было лет 18-20. Примерно в этом возрасте Филипп дю Плесси-Бельер решил, что за Людовика он в огонь и в воду и стал служить ему весьма истово. Стараясь сохранить героя в характере, у меня было два варианта: сделать его верным идеалам фашизма, а заодно и закольцевать Луи на Гитлере или не делать этого. Я выбрала второй вариант. Потому что у меня Фил не ложится в тот образ, который нарисован в перчатке. А Луи не ложится на фюрера. ИМХО, я полагал что это логично

и что стал бы помогать Жофе с Анж - это три. Ну разве что Фил из параллельной реальности созвездия Альфа Центавра

И снова согласна! Не стал бы по собственной инициативе. Но в тексте:

List пишет:

Приказ сотрудничать с Дегрейро и помочь мужу сестры бежать в Америку, заставил Бельера усмехнуться

То есть, он получил приказ от начальства – способствовать выезду Пейрака в Штаты. Если бы он получил приказ от короля помочь Жоффе, я думаю, он бы его исполнил

Violeta пишет:

Другое дело, что он противоречит лично моему видению героев

Ты золото - так все подробно расписала! Я с трепетом ждала, что ты меня придушишь, и счастливый конец у Пейраков меня не спасет
Подозреваю, есть моменты в тексте, которые не совсем четко прописаны или на которых следовало бы долбануть акценты.Но тема шпионов у меня впервые, увязывала долго, наверное, что-то упустила.