Франсуа Дегре-2

[радуга]

Да и удовольствия мало и результат ноль А спор наш уже просто исчерпал себя, причём по сути ещё вчера. Не то что бы я принимала близко к сердцу , но просто я не читаю как вы между строк , а апеллирую по возможности к тому то , что написано в книге ,поэтому наш разговор и зашёл в тупик и грустно мне теперь от этого

[Мадемуазель Мари]

Мария-Антуанетта пишет:

Просто чистый эгоизм, вот все.

Да ему-то лично что с того, отправится Анж искать мужа или нет? это не эгоизм.

Мария-Антуанетта пишет:

Вы наверное снова путаете роман и фильм, так

Почему это - снова? да, тут я действительно заговорилась, признаю

Мария-Антуанетта пишет:

встречи были весьма редки и быстротечны.

не так-то уж быстротечны и весьма важны.

Анна пишет:

Мадемуазель Мари имеет в виду пятую книгу, ситуацию в Ла-Рошели

Да, совершенно верно

радуга пишет:

а вообще сам роман да и вам впрочем тоже. ... Мне только очень жаль потраченного мною времени, которое у меня, как и у вас нелишнее.
Извините за резкость , но, боюсь , что в данном случае она оправдана ....

Думаю, не оправдана. Как вы можете намекать на то, что я невнимательно читала роман только потому что наши точки зрения не совпадают?..Всё-таки обидно читать про ваши неоднократные замечания насчёт этого.

не с вашими аргументами. Главное , что вы так и не поняли, что я от вас хотела услышать.
Вы меня тоже ни в чём не убедили. А если я не поняла, что вы хотели услышать , так это, может, и не моя вина, надо поточнее формулировать)

[Анна]

Девочки, не расстраивайтесь. Во всем виноваты сокращенные переводы.
Иванна
Эпизод, когда Анжелика собиралась покончить с собой, в некоторых старых переводах давался в сокрашении, вот как у вас. А в некоторых был полным. Например, в издании Голон, Анн и Серж. Путь в Версаль: Второй роман из сер. «Анжелика» / Лит. пер. с фр. Ю. Хлебникова; Худож. оформ. А. Ясинского. – М.: СП «Творч. об-ние «Старт», 1991. –
Сам перевод, конечно, из рук вон плох, но других толкований не допускает.

Скрытый текст

— Так это ты убила Великого Коэсра? Не может быть! Ножом?! Вот так Маркиза!..
Она побелела. Откуда-то выплыло страшное видение: чудовище в трех шагах от ее, из ужасной раны ручьем хлещет кровь, к ней потянулись длинные грязные руки с мерзкими ногтями... Ей стало плохо, она покачнулась.
Подоспевший Дегре потрепал ее по щеке:
— С вами истерика, мадам, успокойтесь... О, да ты холодная, как лед. Успокойся, детка!
Он нежно посадил ее себе на колени, но Анжелика вскочила и вырвалась:
— Господин Дегре! Если вы меня арестовали, пусть будет так. Но только не издевайтесь надо мной, отпустите меня!
— Ни то, ни другое, — возразил Дегре. — После нашего разговора мы не можем так просто расстаться. Ты же знаешь, что я не всегда груб и жесток. При случае я могу быть и нежным... — Он подошел к Анжелике.
— Мне страшно, когда вы говорите со мной таким недобрым тоном! — и она разразилась рыданиями — слезами, снимавшими нервное напряжение последних дней.
Дегре бережно поднял ее на руки и отнес на белоснежную кровать. Положив ее на подушки, он долго смотрел влюбленными глазами, а потом начал осторожно раздевать, касаясь руками ее вздрагивающее нежное тело.
Анжелика вся дрожала. Кожа ее была холодной, как струя родника. Она чувствовала прерывистое дыхание мужчины и его пальцы, снимавшие юбки.
— Дегре, — всхлипывала она. — Вы не сделаете этого... Ведь мы с вами друзья...
Когда она осталась в одной рубашке, Дегре принялся раздеваться сам. Скинув камзол и брюки, он аккуратно повесил их на спинку кресла, а потом прыгнул в кровать, задернув балдахин. Под пологом волосатое тело Дегре стало сразу более привлекательным.
— Довольно плакать, птичка. Сейчас мы будем забавляться. Ну, иди ко мне!..
Он резко сорвал с нее рубашку. Но разозлившаяся Анжелика укусила его в плечо.
— Ах так! — схватил он ее за талию.
Анжелика бешено отбивалась. Некоторое время они молча боролись. Она выкрикивала отборные ругательства, осыпая ими полицейского. Вход пошли все выражения парижского дна. А Дегре хохотал, как сумасшедший.
Взрывы смеха, запах табака и мужского пота взволновали Анжелику. Теперь она грозилась просто убить его. А он поймал ее губы:
— Ну, поцелуй меня!.. Поцелуй полицейского. Я знаю, как ты умеешь это делать!..
Анжелика больше не могла сопротивляться его просящему тону и трепетному рту. И она покорилась... А немного позже слепое желание захватило и понесло ее в мир блаженства и грез. Их предыдущая борьба приняла теперь другой оттенок: вечная борьба нимф и богов в лесах Олимпа. Радость и вдохновение Дегре еще больше возбуждали Анжелику.
«Честно говоря, он неплохой любовник», — думала она, нежно лаская его руками.
Больше она не плакала, ей стало жарко и весело. Ее прекрасное тело расцветало, как роза под солнцем.
«Новый мужчина всегда делает что-то новое», — и она целовала его полузакрытые глаза:
— Как хорошо, Дегре! — шептали ее губы.
Еще немного, и она окажется наверху блаженства, наслаждения и сладострастия. Она даже зажмурилась. Слезы радости скатывались по ее распущенным волосам...

В этом же издании для эпизода, где Анжелика пытается удержать Дегре, чтобы спасти Клода, указывается время "половина двенадцатого ночи".



А вот для сравнения новая версия.

Скрытый текст

Дегре изумленно поднял брови.
— Так это ты убила Великого Кесаря, Корытышку-Ролена, которого боялся весь воровской мир?
— Да.
Бывший адвокат тихонько рассмеялся.
— Ну и дела! Вот так номер, эта Маркиза Ангелов! Убила, сама? Своим огромным ножом? Чик!
Анжелика стала бледной как полотно. Она видела в двух шагах от себя слабеющее чудовище с перерезанным горлом, из которого сильными толчками выплескивалась алая кровь. Молодой женщине показалось, что сейчас ее вырвет. Дегре, смеясь, похлопал ее по щеке.
— Ну-ну, что за мрачный вид! Кажется, ты совсем заледенела. Иди ко мне, я тебя согрею.
Полицейский притянул Анжелику к себе на колени, крепко сжал ее и с неожиданной жестокостью куснул ее губу.
Анжелика вскрикнула от боли и вырвалась из его объятий.
Вдруг она вновь обрела былое спокойствие.
— Месье Дегре, — сказала она, пытаясь собрать остатки достоинства, — я была бы вам обязана, если бы в отношении меня вы приняли какое-то решение. Я арестована или вы позволите мне уйти?
— В данный момент — ни то, ни другое, — беззаботно заявил молодой человек. — После столь доверительной беседы, как наша, мы не можем просто так расстаться. Ты еще подумаешь, что полицейский — жестокосердное животное. А ведь я могу быть очень нежным.
Дегре встал рядом с Анжеликой. Он продолжал улыбаться, но в его глазах вновь заплясали красные искры. И не дав ей опомниться и защититься, молодой человек поднял ее на руки. Склонив к ней свое лицо, он прошептал:
— Иди сюда, моя красивая кошечка.
— Я не желаю, чтобы вы разговаривали со мной подобным образом! — закричала Анжелика.
И разрыдалась.
Внезапно на нее налетел ураган слез. Неистовые рыдания разрывали сердце, душили ее.
Дегре поднял молодую женщину на руки и перенес на кровать. Некоторое время он спокойно и очень внимательно смотрел на нее, а когда ее отчаяние стало постепенно затухать, начал раздевать Анжелику. Она почувствовала его пальцы у себя на шее, когда с ловкостью горничной он вынимал булавки из ее корсажа. У нее не осталось сил сопротивляться, она захлебывалась в слезах.
— Дегре, какой вы злой! — рыдала Анжелика.
— Нет, душечка, я не злой.
— Я думала, вы мой друг… Я думала… О боже, как я несчастна.
— Ну! Ну! Что за мысли, — произнес Дегре снисходительно-ворчливым тоном.
Ловким движением он задрал ее широкие юбки, развязал подвязки, снял шелковые чулки и туфли.
Когда Анжелика осталась в одной рубашке, бывший адвокат отошел от кровати, и она услышала, как он, посвистывая, раздевается сам, швыряет по углам комнаты сапоги, жюстокор, портупею. Потом он прыгнул на кровать и задернул полог.
В теплом полумраке алькова большое волосатое тело Дегре казалось красным, покрытым черным бархатным пушком. Он ничуть не утратил своей напористости.
— Эгей, девочка! Что ты трепещешь, как лань? Кончай плакать! Сейчас мы с тобой повеселимся. Давай, подвигайся ко мне!
Он сорвал с Анжелики рубашку и одновременно так звонко хлопнул ее пониже спины, что она подскочила, взбешенная подобным унижением, и вонзила ему в плечо маленькие острые зубы.
— Ах ты стерва! — воскликнул Дегре. — Кто-то заслужил наказание!
Анжелика стала отбиваться. Завязалась яростная борьба. Молодая женщина выкрикивала самые непристойные оскорбления, какие только приходили ей на ум. Она пустила в ход весь лексикон Польки, а Дегре хохотал, как сумасшедший. Эти раскаты смеха, блеск белых зубов, острый запах табака, мешающийся с терпким запахом мужского пота, довели Анжелику до белого каления. Она не сомневалась, что ненавидит Дегре, желает ему смерти. Она грозила ему, кричала, что зарежет его. А он все сильнее смеялся. Наконец он навалился на нее всем телом и нашел ее губы.
— Поцелуй меня, — потребовал он. — Поцелуй полицейского… Надо слушаться, или я задам тебе такую трепку, что ты три дня сесть не сможешь… Поцелуй меня… Нет, целуй получше. Я уверен, что ты умеешь очень хорошо целоваться…
Анжелика больше не могла сопротивляться этим настойчивым губам, этому безжалостному рту, который кусал ее каждый раз, когда она отказывалась его поцеловать. Она уступила.
Она уступила, и уже через несколько мгновений слепое желание заставило ее прижиматься к телу, которое одержало над ней верх. Их борьба обрела совершенно иной смысл, она превратилась в извечную борьбу богов и нимф в рощах Олимпа. Любовный азарт Дегре казался поразительным, неистощимым. Он передался Анжелике, как лихорадка. Молодая женщина говорила себе, что Дегре относится к ней безо всякого уважения, что никто никогда не обращался с ней подобным образом, даже Николя, даже капитан стражи. Но, откинув голову на край постели, она слышала свой смех, смех бесстыжей девицы. Теперь ей было очень жарко. Ее дрожащее тело пылало.
Молодой человек настойчиво привлек ее к себе вновь. На долю секунды ей открылось иное видение: закрытые веки, всепоглощающая страсть, лицо, на котором под напором сильного чувства не осталось и следа цинизма, исчезла вся ирония. В следующее мгновение она почувствовала, что принадлежит ему. Он опять засмеялся, как насытившийся дикий зверь. Но такой Дегре ей не нравился. В тот момент она нуждалась в нежности. Новый любовник при первой близости всегда пробуждал в Анжелике удивление, страх и даже отвращение.
Ее возбуждение спало, ему на смену навалилась свинцовая усталость.
Безучастная ко всему, Анжелика позволила мужчине вновь и вновь овладевать ею, но ее безразличие нисколько его не смущало. Ей показалось, что Дегре использует ее, как простую уличную девку.
Тогда она жалобно закричала, мотая головой из стороны в сторону.
— Оставь меня… Отпусти!
Но он не отпускал, словно хотел совершенно измучить ее.
Все вокруг почернело. Нервное напряжение, которое за последние дни не отпускало Анжелику, уступило место непосильной усталости. У нее больше не осталось сил. Ни для слез, ни для страсти…

Что же касается анализа текста... Французская литература вообще более откровенная, чем русская. А в СССР и секса, как известно, не было. Поэтому во многих переводах, даже если они издавались в постсоветские времена, подобные сцены норовили подсократить. В то время как у Голон все сказано прямо. Если было - то было, если не было, то не было. А у Дегре с Анжеликой было еще раз, в третьем томе, но эту сцену в старых версиях не переводили.

[Мадемуазель Мари]

Анна

Новая версия мне нравится намного меньше старой)

[Lora]

Анна
Сравнила отрывки. После прочтения любовной сцены в новом переводе Дегрэ еще больше не понравился. Отвратительный и противный...
Мне и так претила эта сцена, а теперь и вообще из ряда вон... Это ему еще один большой жирный минус...

[Анна]

Мадемуазель Мари

Новая версия мне нравится намного меньше старой)

По языку или по содержанию? В старой русской версии явно хотели все смягчить.

Lora

Сцена, конечно, малоприятная. Но результат налицо - о самоубийстве Анжелика думать перестала.

[радуга]

Мадемуазель Мари пишет:

Думаю, не оправдана. Как вы можете намекать на то, что я невнимательно читала роман только потому что наши точки зрения не совпадают?..Всё-таки обидно читать про ваши неоднократные замечания насчёт этого.

не с вашими аргументами. Главное , что вы так и не поняли, что я от вас хотела услышать.
Вы меня тоже ни в чём не убедили. А если я не поняла, что вы хотели услышать , так это, может, и не моя вина, надо поточнее формулировать)

Да может мне и надо чётче формулировать, только куда уж , если вы конкретно заданные вопросы пропускаете, а местами и просто выдёргиваете мои фразы из контекста. Да и перечитайте пожалуйста отрывки , которые для вас выложила Мария - Антуанетта и тогда сможете заметить , что то , на что, вы ссылались не всегда соответствует содержанию и линии романа.. И точки зрения тут не причём, а причём то, что я то стараюсь быть точной, а не трактовать вольно роман .И отсюда , простите и мои намёки

[Иванна]

Анна, большое спасибо за ссылки.

Мадемуазель Мари:

Новая версия мне нравится намного меньше старой)

Да уж. Ну и фантазия у А. Голон. Для отрезвления Анж выбран шокирующий метод. Но справедливости ради нужно отметить, что в результате Анж осталась в живых.

[Иванна]

В 1-ой теме о Дегре нашла по этому поводу интересные мысли. Надеюсь никто не будет против, если я процитирую:
Gal_gu:

Дегре не рассчитал силу удара. Анжелика впав в депрессию, хочет покончить с собой. И Дегре приходится применять "шокотерапию". Маша уже писала, что сцены Анжелика-Дегре и Жоффрей-Сабина чем-то похожи. Мне тоже так кажется. Они похожи действенностью "лекарства" и исходными условиями, наверное. Только цели совершенно разные и следовательно поведение "врачевателя". Если Жоффрею нужно разбудить в Сабине любовь к самой себе в первую очередь. Вот он и нежен, и внимателен. Дегре должен нейтрализовать смертельный эффект любви Анжелики к Жоффрею, которая тянет ее на дно Сены. Понимая, что убить эту любовь невозможно, ему нужно разбудить ее злость на весь свет и саму себя в первую очередь. Поэтому Дегре подчеркнуто груб и жесток и обращается с ней, как с последней продажной девкой.

https://anngolon-angelique.com/forum/post-107892.html#pid107892

[1]

Иванна пишет:

Ну и фантазия у А. Голон.

сцена с Дегре была и в старой версии, просто в русские переводы не попала

[Анна]

Почему, попала, только не во все. Я выше приводила цитату из издания 1991 года в переводе Хлебникова. Правда, пеерводчики ее малость подпортили и даже исказили, но факты оставили на месте. Думаю, это был перевод с английского. А вот в переводе Науменко (публиковался в 1991 и 1994 годы) сцена была такая же, как и в новой версии (то есть наоборот )

[Lora]

Иванна пишет:

Дегре должен нейтрализовать смертельный эффект любви Анжелики к Жоффрею, которая тянет ее на дно Сены. Понимая, что убить эту любовь невозможно, ему нужно разбудить ее злость на весь свет и саму себя в первую очередь. Поэтому Дегре подчеркнуто груб и жесток и обращается с ней, как с последней продажной девкой

Мне кажется, в данном случае, любовь А. к Жоффрею вообще ни при чем. В это состояние ее ввергли несколько иные обстоятельства. И я уже писала, что при изобретательности Дегрэ он мог придумать чего-нибудь подостойнее, чтобы вывести ее из этого состояния. А так, простите, мне ничего другого в голову не приходит, что он, догадавшись о состоянии Анжелики, воспользовался им, чтобы удовлетворить свою похоть, совместить полезное с приятным, так сказать, при этом еще и унизив ее Для того, кто действительно любит, очень недостойно.

[радуга]

toulouse пишет:

сцена с Дегре была и в старой версии, просто в русские переводы не попала

А у меня она есть в старой советской версии, да и с Огром тоже , вобщем я на неё ( в смысле, старую версию) совсем не жалуюсь

[Мария-Антуанетта]

Мадемуазель Мари пишет:

Да ему-то лично что с того, отправится Анж искать мужа или нет? это не эгоизм.

Если ему безразлично отправиться или нет Анжелика искать мужа, то зачем же он так уверено врет???

Мадемуазель Мари пишет:

Почему это - снова?

Потому, что были уже моменты, где вы приводили примеры из фильма, в действительности же в книге этих эпизодов не было.

Мадемуазель Мари пишет:

не так-то уж быстротечны и весьма важны.

Может быть и важны, но быстротечны и коротки.

[Иванна]

Lora:

Иванна пишет:
Дегре должен нейтрализовать смертельный эффект любви Анжелики к Жоффрею......

Lora, Вы приписали мне чужие слова. Я это высказывание только процитировала. Просто мысль интересная.
Анна:

Я выше приводила цитату из издания 1991 года в переводе Хлебникова.

А у меня Анн и Серж Голон. Анжелика. Путь в Версаль: Роман / Пер с фр. П. П. Агапова. - К.: "Мистецтво", 1991. - 266 с.
Кстати прежде чем выкладывать ссылки, я сверяла с изданиями, выложенными в интернете, "один в один".